Слушать
Русское Радио Кипр
224 женщины из 753 кандидатов на выборах 24 мая — исторический максимум. Об этом пишет издание Cyprus Mail. Только вот Кипр при этом занимает 150-е место в мире по реальному женскому представительству в парламенте. Между цифрами в бюллетене и властью — дистанция огромного размера.
Рекорд кандидатов — и 150-е место по представительству
Накануне парламентских выборов 24 мая кипрские СМИ дружно написали об историческом рекорде: впервые в истории страны 224 женщины баллотируются в парламент. Почти 30% от всех кандидатов.
Только вот за красивой цифрой прячется другая — куда менее праздничная. Сейчас в кипрском парламенте восемь женщин. Это 14,3% от состава — один из худших показателей в Евросоюзе, где средний уровень составляет 33,6%. В глобальном рейтинге женского представительства Кипр стоит на 150-м месте из 182 стран — между Ганой и Индией. Для сравнения: лидер списка, Руанда, — 63,8%.
Уполномоченный по вопросам гендерного равенства Джози Христодулу прокомментировала данные по кандидатурам сдержанно: 29,7% в избирательных списках «вновь демонстрируют дефицит равноправного участия женщин в политической жизни страны». Выдвинуться — это лишь первый шаг, напоминает она. Дальше нужно быть избранной. А потом — получить реальное влияние.
Попасть в список — ещё не значит попасть во власть
Кристиана Эротокриту, депутат от партии Diko с 2016 года, формулирует проблему точно: вопрос не в том, способны ли женщины, а в том, даёт ли им система равный доступ к принятию решений.
«Представительство не является ни справедливым, ни равноправным по влиянию, — говорит она. — Его присутствие медленно растёт, но реальный доступ к центрам принятия решений, где осуществляется содержательная политическая деятельность, остаётся неравным».
При этом Эротокриту считает, что общество опережает сами партии: «Граждане ищут компетентность, подлинность и эффективность, а не гендерную принадлежность». Иными словами, проблема не в том, что избиратели не готовы голосовать за женщин — проблема в том, что партийные машины по-прежнему с трудом представляют женщин у руля.
«Система создана мужчинами для мужчин»
Рита Теодорау-Суперман, депутат от Disy, избранная в 2021 году, говорит об этом без обиняков: «Нет равных возможностей для доступа к власти. Центры принятия решений, партийные механизмы и политические сети не были модернизированы — они были созданы мужчинами для мужчин».
Она указывает на конкретный механизм исключения: в партийных кругах экономика, оборона и стратегия считаются мужскими портфелями, куда женщин просто не пускают. «Я постоянно сталкивалась с жёсткой критикой, сомнениями и недооценкой, — говорит она. — Даже если женщины добиваются успеха — система должна это допустить. А система в основном состоит из мужчин».
Её коллега по партии Саввия Орфаниду, депутат с 2019 года, добавляет ещё один слой: личная жизнь женщины неизбежно втягивается в политические расчёты. «Женщине в политике приходится находить способы совмещать семейную, политическую и общественную жизнь — в той степени, в какой от мужчины этого не ожидают». Её вывод прямой: «Женщине приходится прилагать гораздо больше усилий, чтобы выделиться. Это показывает, что дискриминация по-прежнему существует».
Почему «голосуйте за женщин» — не ответ
В каждый избирательный цикл неизбежно всплывает один и тот же вопрос: почему женщины не голосуют за женщин? Сусана Павлу, директор Средиземноморского института гендерных исследований, считает его не просто упрощённым, но и вредным.
«Обвинять женщин в том, что они не голосуют за женщин, — это и упрощение, и введение в заблуждение, — говорит она. — Недостаточное представительство обусловлено структурными барьерами: партийным контролем, неравным доступом к ресурсам. Не предполагаемой неспособностью женщин-избирателей».
По её словам, цифры, которые мы видим в день выборов, формируются задолго до того, как избиратели добираются до участков. «Если партии не будут инвестировать в конкретную поддержку женских кандидатур — цифры не изменятся. Это не вопрос амбиций. Это вопрос структурного неравенства».
Присутствие — это ещё не власть
Александра Атталидес, депутат от партии Volt, описывает двойной стандарт оценки: «К женщинам относятся более строго, их проверяют более личностно и ожидают, что они будут обосновывать не только свою компетентность, но и своё присутствие». А когда женщина открыто высказывается и придерживается прогрессивных взглядов, пристальное внимание, по её словам, быстро перерастает в целенаправленные нападки.
Марилена Тримитиоти, впервые баллотирующаяся от Акел, формулирует главный парадокс: само по себе увеличение числа женщин в политике ничего не решает. «Нам нужно больше женщин в политике — но нам также нужна политика, которая защищает гендерное равенство». Женщина в бюллетене автоматически не означает победу женщин. Представительство расширяет демократию, но не перераспределяет власть, пока структуры остаются прежними.
Что покажет 24 мая
Павлу говорит, что гендерная предвзятость на Кипре не абстрактна — «она отражается в неизменно низком уровне представительства женщин на политических должностях».
Опросы показывают: избиратели часто ассоциируют лидерство с жёсткостью и эмоциональным самообладанием. На Кипре, где политическая культура десятилетиями формировалась под влиянием конфликтов и проблем безопасности, это работает особенно сильно. «Эти условия усиливают представление о том, что лидерство — мужская сфера. И это влияет на то, кого партии продвигают, как женщин изображают СМИ и насколько серьёзно к ним относятся избиратели».
Выборы 24 мая покажут, является ли рекордное число женщин-кандидатов признаком реального сдвига или цифры в бюллетенях вновь не отразятся на составе парламента.
ΛENTA CYPRUS — новости Кипра на русском — всегда в курсе событий
👍
😛
😍
😮
😤
😢